Как папа делал из меня звезду

На пятнадцатилетие папа подарил мне биографию Маргарет Тэтчер:

— Изучи, а потом доложишь, что поняла.

Я прочла книгу и сообщила ему, что теперь знаю, как бороться с шахтерскими профсоюзами.

Но папа лишь отмахнулся:

— Да это неважно! Запомни: Железная Леди стала такой крутой, потому что она ничего не боялась. Вот и тебе так надо. Ты же хочешь работать на телевидении?

Я с опаской посмотрела на папу.

— Ну, не знаю…

— Хочешь-хочешь, — хмыкнул он. — Я видел, как ты в ванной перед зеркалом выступаешь — с расческой вместо микрофона. Так что иди и устраивайся на настоящее телевидение.

Я брыкалась и отнекивалась, как могла. Но папа был неумолим:

— Ты же хочешь быть, как Маргарет?

Опозориться перед папой был стыдно, так что я взяла взаймы шапку у сестры (она у нее была красивее, чем моя), нарядилась в мамины сапоги на каблуках и, расстегнув пальто, будто я только что вышла из жаркого такси, отправилась за гламуром и славой.

Местный телецентр располагался в красной многоэтажке. Как оказалось, попасть туда можно было только по пропуску: вход в рай преграждала стена из прозрачного пластика — чтобы правдолюбцы и сумасшедшие не мешали важным людям работать.

Ехидный дедушка-вахтер отказался пускать меня внутрь даже после того, как я наврала, что тут работает моя мама. Это была катастрофа: вот я сейчас вернусь домой, и домашние начнут спрашивать, как все прошло и пригодились ли мне шапка и каблуки. И что я скажу?

Я обошла телецентр с тыла и перелезла через забор. На мое счастье задняя дверь была открыта, и я оказалась в длинном, тускло освещенном коридоре.

Куда идти дальше я не представляла. Мимо время от времени проходили какие-то дяденьки, над дверями горели надписи: “Соблюдайте тишину!”, и я не смела даже рта раскрыть, чтобы спросить кого-нибудь — где тут принимают на работу 15-летних школьниц.

Совсем отчаявшись, я села в лифт и принялась кататься с этажа на этаж. Там, по крайней мере, можно было спокойно поплакать. Вдруг двери раскрылись, и в кабину вошла Нина Зверева — одна из самых известных нижегородских ведущих. Увидев мои полные слез глаза, она спросила, что я тут делаю.

Я объяснила, что перелезла через забор, потому что очень хотела стать звездой, и Нина отвела меня в редакцию детских передач. Оказалось, что там как раз ищут ведущих для программы “Клумба Колумба” (не спрашивайте, что это обозначает, — я не знаю).

Думаю, моя шапка и каблуки понравились режиссеру, потому что он сразу пригласил меня на съемки.

Я летела домой, как на крыльях. Ведь я поговорила с настоящей телеведущей, и она меня не прогнала и не отругала. А уж как папа был горд — не передать словами!

Однако съемки прошли неудачно: выяснилось, что я до ужаса боюсь камеры и буквально не могу связать пары слов. Стыдно было ужасно — ведь я всему классу разболтала, что скоро на третьем канале выйдет передача с моим участием.

Но в папиной неуемной голове уже зародился новый план:

— Напиши статью и отнеси в газету, — велел он мне. — А то какая из тебя Маргарет Тэтчер? Она бы небось не побоялась пойти в “Нижегородскую правду”!

Вот так — с помощью шантажа и психологических манипуляций — папа обеспечил мне первую публикацию. Это была статья под названием “И летит из-под ножа морковка” — про пьяных комбайнеров, которые загубили колхозный урожай.

Оставить комментарий