Когда я подплывал к твоему городу со стороны моря, на моём катере заглох мотор.

Было раннее утро, алое солнце только что поднялось над горизонтом, и я смотрел из-под ладони на островерхие крыши Лонкона. Они походили на острые зубы гигантского чудовища.

— Не думаю, что у тебя получится меня сожрать, — повторял я, битый час копаясь в моторе. — Я тебе не дамся!

Но Лонкон лишь посмеивался надо мной. Вскоре к моему катеру приблизилось патрульное судно, и меня оштрафовали за нарушение каких-то портовых правил. Офицер забрал все мои деньги и сказал, что они пойдут в казну королевы Элизабеллы.

Так ты стала моим личным врагом, представляешь?

Я знал, что ты живешь в Заоблачном дворце на холме, куда мне нет доступа. Твой город, как дракон, обвил его своим телом, и даже близко не подпускал меня. Он видел во мне лишь “мясо”, которое само забралось в его логово.

Ты знаешь — я упорный, и я добился того, чего желал: поступил в Военную академию и даже устроился в Королевскую сокровищницу, чтобы иметь доступ во дворец.

Для меня это было делом принципа: когда-то у меня отобрали последние деньги, а теперь я мог забрать у королевы все, что захочу, включая ее корону. Мои предки-пираты наверняка так бы и поступили, но я метил выше — гораздо выше!

Я, наследник неандерских властителей, хотел освободить мой край от захватчиков, а для этого мне надо было учиться, заводить связи среди военных и исследовать все ходы и выходы в стане врага.

Я был всегда настороже; всегда под прицелом недоверчивых глаз. Какими бы талантами я ни обладал, меня считали опасным чужаком — что, в принципе, было правдой.

Лонкон понял, что он вряд ли одолеет меня в открытом бою, но он решил взять меня измором — одиночеством и тоской. Дракон не воевал со мной в открытую, он просто меня переваривал.

И тут в моей жизни появилась ты.

У неандеров есть поговорка: “Сражайся лишь за то, о чем можно спеть у походного костра”. Знаешь, какая песня крутилась у меня в голове, когда я впервые увидел тебя на экране монитора?

“Боги, храните королеву”.

Никогда бы не подумал, что буду дни напролет мурлыкать национальный гимн наших завоевателей! Причем мне ужасно нравились слова: богам и вправду следовало беречь такое чудо, как ты.

А еще я раз сто пересмотрел запись с камеры видеонаблюдения — как ты снимала вуаль, как тебе примеряли корону и как ты ждала, пока ювелиры подгонят её под нужный размер.

Знаю, знаю, это святотатство и мелкая уголовщина — глазеть на королеву, которая не прошла через Ритуал. Я рисковал всеми своими планами… но ни о чём не жалел.

Теперь ты понимаешь, что я почувствовал, когда ты позвонила мне? Я никогда не был суеверным, но в ту ночь мне вспомнился наш Старик, бог попутных ветров и необыкновенных приключений.

Мои соплеменники думают, что он давно бросил нас и ушел на пенсию — или как это называется у бессмертных? Но в тот день он явно заглянул на грешную землю с подарками, и один из них — самый драгоценный — достался мне. Как еще объяснить обрушившееся на меня счастье?

С тобой всегда было так легко, так весело! Ты научила меня видеть чудесное и смешное там, где другие ничего не замечали.

Помнишь, ты сказала, что хочешь отправиться со мной в кругосветное путешествие, и я в шутку предложил поехать на моем битом-перебитом катере?

— А как он называется? — спросила ты.

Я пожал плечами:

— Никак. У него есть просто номер: В-4512.

— Давай назовем его “Штаны”? — предложила ты. — И тогда мы сможем выпрыгивать из “Штанов” прямо в море.

Мне много раз снилось это путешествие. Ты только представь — какая была бы красота:

Мы одни посреди изумрудного моря. Волны теплые, ласковые, чуть подрагивающие на слабом ветру. А вокруг царственный золотой закат — во все небо. Ты встаешь на нос катера, вытягиваешься в струнку, готовясь к прыжку, а я не в силах отвести глаз от твоего силуэта, застывшего на фоне роскошных, невероятных облаков.

Ты ныряешь, хохочешь и, брызгаясь, колотишь ногами по воде. Разумеется, я тоже не могу удержаться от соблазна и прыгаю ласточкой за борт. Ухожу в глубину и смотрю вверх, на твое стройное, гибкое тело и расплывающиеся по волнам длинные волосы. Мне кажется, что ты плывешь в ослепительном солнечном блике — слишком прекрасная и невероятная, чтобы быть моей.

Я рывком вырываюсь на поверхность и совершаю немыслимое: ловлю тебя в объятья, как сказочную русалочку, и целую в губы.

Я знаю: не будет ни теплого моря, ни праздничного заката. Очень может быть, что я вообще больше тебя не увижу.

Теперь я сижу в четырех стенах и думаю о том, что моя жизнь похожа на подбитый поезд.

Вот цистерны с остывшими мечтами — на этом топливе можно было бы ехать годами.

Вот взорванный двигатель, в котором не осталось ни одной целой детали.

Вот рельсы судьбы, предназначенные, чтобы по ним легко было катиться. Их вырвали с корнем и скрутили в немыслимо тугие узлы, которые уже не распутать. Теперь они просто ржавеют под дождем.

Не смейся, но там еще есть расписной цирковой вагон. Но сейчас в нем нет ни жонглеров, ни силачей, ни фокусников. Все, что осталось, — это афиши на стенах, заготовленные для несостоявшихся представлений.

Но знаешь что? Я просто пойду к тебе пешком. Пускай это займет годы и отнимет все силы, но я должен найти тебя и рассказать о моей любви.

Понравился рассказ?

Тогда перешлите ссылку на "Девушку из Лабиринта" любимым друзьям.