argentino

Аргентинец

ГЛАВА 23

ВОЛЖСКАЯ ВОЕННАЯ ФЛОТИЛИЯ

 

1

— Война, товарищ Рогов! — взволнованно закричал Леша Пухов. — Нас включили в состав Второго Петроградского полка: в четверг выступаем в направлении Казани. Поедем на военном транспорте «Нахимовец», через Мариинскую систему. Вы с нами, так что собирайтесь.
Путь на Казань шел через Нижний Новгород.

— Никак на фронт собрались? — спросил Хитрук, оглядывая Клима, когда тот зашел к нему попрощаться. Вид у аргентинского переводчика с китайского на русский был весьма колоритен: новенькое, только что со склада, обмундирование и все то же длиннополое серое пальто, пошитое у лучшего портного на Calle Florida[1] в Буэнос-Айресе.
— Я еду в Нижний, — отозвался Клим.
Хитрук отвел глаза.
— Ну, с богом, с богом…
Он хлопал себя по карманам в поисках зажигалки, ворчал, чертыхался и делал вид, что не замечает протянутой ему руки.
— Спасибо за все, Борис Борисович, — сказал Клим, поднимая с пола вещмешок.
Дурга встретила его на лестнице.
— Уж и не знаю, чего вам пожелать… — проговорила она сердито. — Уезжайте скорее, а то я что-нибудь ляпну, нечаянно вас прокляну, и вы в первом бою схлопочете пулю.

2

Военные суда едва пробирались по обмелевшим за лето рекам. На Шексне двадцать восемь столетних шлюзов на подъем и четыре — на спуск. Деревянные камеры ветхие, неглубокие — пришлось перегрузить и уголь, и боеприпасы на баржи; воду и ту спустили из паровых котлов. До самого Рыбинска шли на буксирах, со средней скоростью два с половиной узла. Иногда приходилось простаивать у шлюзов по полдня — ждать, пока в верхнем бьефе накопится вода.
Клим истомился: мерил шагами раскаленную палубу, смотрел из-под ладони на старые монастыри с башнями и бойницами, на заливные луга с рядами косцов. Пахло травой и тиной.
Леша Пухов приставал к разленившимся от жары китайцам:
— Как по-вашему будет «здрасьте»?
Китайцы что-то объясняли ему и радостно гоготали, Леша тоже заливался тонким смехом. Он не догадывался, что они опять подшучивали над ним: учили, чтобы он сам себя называл ругательными словами.
После ужина Клим прятался на корме за спасательной шлюпкой — чтобы побыть в одиночестве и отвязаться от китайцев, которым все время надо было что-то переводить.
Но и тут Леша Пухов отыскивал его. Садился рядом, зажимал худые руки между коленок.
— Беляки тоже свой флот создают… Вот не думал, что придется участвовать в речных сражениях. В детстве книжки читал: корабли, пушки, абордажные сабли… Все на наших глазах происходить будет…
Клим не отвечал. Война его не касалась: как только они доберутся до Нижнего Новгорода, он сойдет на берег и скроется.
— Эх, снарядов у нас мало! — не унимался Леша. — Белякам-то, говорят, империалисты боеприпасы поставляют. Хотя как они это делают — ума не приложу. Каппель на Волге, а они — на Каспие да на Черном море. Наверное, все-таки, как и мы, белые будут сражаться тем, что по военным складам осталось.
На берегу косцы варили кашу. Волны тихо бились о борт. Сколько еще плыть — со всеми остановками, шлюзами, погрузками и разгрузками?
— Клим, а Клим?
— М-м?..
— А вот если по совести — тебе страшно? Вдруг убьют? Что хочешь со мной делай — не могу этого представить! Как это так — чтобы меня на свете не было?

3

Капитан сказал, что стоянка в Нижнем будет всего пару часов, и Пухов запретил китайцам сходить на берег.
— А то разбредетесь кто куда — ищи вас потом.
Он не хотел отпускать и Клима, но тот, взбешенный, схватил его за грудки.
— Мне надо попасть в город!
Леша пытался вывернуться:
— Ну что ты психуешь?! Я не могу тебя отпустить — вдруг ты не вернешься?
— Если ты не дашь мне пропуск, я тебе такого наперевожу в боевой обстановке — мало не покажется!
— Стало быть, угрожаем комиссару?!
— Ты обещал мне помочь!
Леша согласился отпустить Клима на час, при условии, что с ним пойдут два китайца.
— Смотрите за ним в оба! — сказал он Хэ, который уже кое-что понимал по-русски. — И даже не думайте возвращаться без него: сразу отдам под трибунал.
Нижний Новгород превратился в военный лагерь. От праздношатающейся солдатни не осталось и следа. По мостовым то и дело проходили отряды, гремели походные кухни и повозки с амуницией.
Клим еле дождался, когда с горы спустится вагончик элеватора, — думал уже идти пешком. Наконец поднялись наверх.
— Куда мы идем? — спросил Хэ, с удивлением оглядывая зеленые овраги и дома с резными наличниками.
Клим не знал, как по-шанхайски будет «невеста», и сказал: «К моей жене». Китайцы переглянулись, заулыбались.
Улица, заросшая одуванчиками, окна серые, непроницаемые, кругом ни души. У распахнутых дверей Нининого дома стоял запыленный автофургон с надписью по борту «ГубЧК».
У Клима кровь отлила от сердца. Он взбежал на крыльцо, сунулся в прихожую. После яркой солнечной улицы глаза не сразу привыкли к полумраку.
В доме стояла мертвая тишина.
— Что, никого нет? — спросил Хэ.
И вдруг раздался грохот, дикий крик, и двое мужчин выволокли Нину в прихожую.
— Где этот сучонок?!
Один из них сбил ее с ног и изо всех сил ударил сапогом. Не помня себя, Клим бросился к нему, двинул в круглую, исказившуюся от удивления рожу — чекист полетел, свалив вешалку. Его напарник вытащил револьвер, но Хэ успел толкнуть его руку. Грохнул выстрел, зеркало рассыпалось на осколки.
— Ведров, Лапин, на помощь! — заорали чекисты.
В дальних комнатах послышался топот ног. Клим схватил Нину:
— Бежим!
Вниз, по крутому откосу, сквозь черемуху, сквозь лопухи и ломающиеся ветки… Сзади гремели выстрелы.

4

Клим пробился к сходням, по которым взад-вперед бегали грузчики с огромными мешками. Пухов уже ждал его, поглядывая на часы.
— Господи, что с тобой?! — воскликнул он, завидев Клима: рукав его гимнастерки был порван, штаны — в земле, на плече кровавое пятно. — Ты где был?
И тут его взгляд остановился на Нине, которую с двух сторон поддерживали китайцы.
— Это кто?
— Леша, спрячь ее! — задыхаясь, произнес Клим.
Пухов посторонился, пропуская их на корабль.
Клим провел Нину в каюту, которую он делил с Пуховым, уложил на койку. Она была смертельно бледна, на посеревших губах запеклась кровь.
— Все-таки приехал… — едва слышно проговорила она.
Клим сел рядом:
— Все будет хорошо… Вот увидишь… Сейчас мы уже отплываем…
В голове не укладывалось: они били ее. Нина не смотрела на него, ничего не говорила, только дышала часто, будто ей не хватало воздуха. Клим хотел взять ее лежавшую на животе руку, но она не дала. Мышцы ее были как каменные.
— Так что, собственно, произошло? — послышался голос Пухова.
Клим оглянулся. В дверях стоял Леша, позади толпились любопытные китайцы.
— Уйдите, пожалуйста, все! — взмолился Клим.
Он чуть ли не силой вывел Пухова в коридор:
— Лешка, спасибо… Я твой должник… — Клим провел по лицу ладонью, пытаясь собраться с мыслями; пальцы тоже были в Нининой крови. — Если бы я опоздал на минуту, то все… понимаешь?
— Это были чекисты? — нахмурившись, спросил Пухов.
— Да. Там был их автомобиль.
— Ты меня самого под удар подставил: вдруг эта женщина — против советской власти?
Клим схватил его за плечи:
— Леша… какая тебе, к черту, разница?! Вот мы, живые, сейчас перед тобой, а они хотят нас убить. Ты давеча говорил: «Не могу представить, чтобы меня не было на свете» — мы тоже не можем!
Пухов высвободился из рук Клима.
— В общем, так: ты мне ничего не говорил о чекистах, — сказал он едва слышно. — Привел ее, чтобы устроить помощницей коку — картошку чистить. Отъедем — пусть принимается за работу.
— Спасибо…
— А ты мне сейчас понадобишься: будем проводить политзанятие с китайцами.

5

Мимо тянулись поросшие лесом берега, на отмели чернел остов обгоревшей баржи.
Пухов будто нарочно затягивал лекцию — ненужную и не интересную никому. Он громко читал составленный накануне конспект, переводчики маялись, сомлевшие бойцы клевали носами.
У Клима чувство благодарности сменилось ненавистью к Пухову: как можно быть таким чурбаном? Ведь он знает, что Клим полгода не видел Нину… Отправил ее на кухню, негодяй, приносить пользу революции. Да она чуть живая!
— Контрреволюционные силы занимают Поволжье, — витийствовал Леша, стараясь перекричать стук двигателя. — Отрезаны Средняя Азия и Сибирь, Украина занята немцами. Самая важная задача для нас — оборона крупных железнодорожных и речных узлов, каким, в частности, является Казань. Тот, кто владеет этим городом, владеет дорогами на Москву и Урал…
Чайка парила над палубой, будто висела на невидимой нитке. Бурый дым стлался по небу.
— И потому я призываю вас, товарищи китайские бойцы, оттачивать свое самосознание и боевые качества. Нас ждут великие бои! — Пухов закрыл тетрадь. — У меня все.
Клим не стал дожидаться, когда Леша произнесет: «Вопросы есть?» Побежал на камбуз:
— Где Нина?
Толстощекий кок — весь в наколках, как каторжанин, — отер пот с лица:
— Помощницу прислали, епт! То и дело в обморок хлопается. Я ей не нянька.
Клим кинулся назад на палубу, принялся расспрашивать матросов, не видел ли кто его жены.
— Кудрявая такая? А вон она.
Нина сидела у трапа, поджав колени к подбородку. Черты ее лица заострились, зрачки расширились. Клим опустился рядом на палубу:
— Как ты? — Не надо было быть доктором, чтобы понять: ей худо.
Нина повернулась к нему: бледная, надломленная, совсем не такая, какой он помнил ее.
— Чекисты приходили за Жорой и Еленой… — проговорила она.
— Что они с тобой сделали? — перебил Клим.
Она внезапно потеряла равновесие, ударилась затылком о стену.
— Нина! — заорал он, подхватил ее, не давая упасть, прижал к себе…

6

Она очнулась уже в каюте и снова притянула колени к груди.
— Покажи мне, — потребовал Клим.
— Нет… не надо…
Он не слушал, задрал подол ее юбки, приспустил край панталон и отпрянул: в нижней части живота — там, куда ударил сапогом чекист, — был огромный черно-малиновый кровоподтек.
Клим знал, что это такое: в свое время приходилось участвовать в драках с итальянскими эмигрантами из La Boca, района Буэнос-Айреса, населенного нищей шпаной. Сильный прямой удар в живот приводил к разрыву внутренних органов, нестерпимым болям и… к кладбищу.
На корабле ни доктора, ни аптечки. Китайца, отравившегося какой-то дрянью, лечили соболезнованиями. Собственные познания в медицине: больное горло надо полоскать содой, ссадины мазать йодом. Полная беспомощность… Ох, черт, черт…
Клим сходил к Пухову, рассказал ему все. Тот ругнулся, досадуя, что на него вешают чужие заботы.
— Приедем в Казань, отправишь ее в больницу, — буркнул он и тут же рассердился: — Ну что ты смотришь на меня зверем? Хочешь высадить ее в какой-нибудь сельской дыре? Там нет лекарств, понимаешь? И врачей нет, потому что был объявлен приказ о всеобщей мобилизации медицинских работников.
Клим вернулся в каюту, сел рядом с Ниной:
— Потерпишь немного? Завтра я найду тебе доктора.
Она закрыла глаза:
— Расскажи мне что-нибудь, как раньше… Помнишь? Про Китай.
Клим передохнул:
— Китай — это очень загадочная страна. Там женщины носят штаны, а мужчины — косы…
Сколько раз он представлял встречу с Ниной, жил этими мечтами: как она обрадуется ему, как опять все будет хорошо, пусть на грани, пусть в постоянном страхе… А Нина ничего не сказала, даже не дала понять, что соскучилась…
«О господи, что я несу?!»
Сознание отказывалось принимать, что, вполне вероятно, это конец: женщины, которую Клим так любил, уже нет и никогда не будет — ее убил чекистский мерзавец. Ее физическая оболочка еще поживет несколько дней, а потом умрет у Клима на руках.


[1] Улица Буэнос-Айреса, где располагались дорогие магазины и ателье.

 

назад   Читать далее

Содержание

Глава 1. Блудный сын
Глава 2. Первая любовь
Глава 3. Благодетель
Глава 4. Старая графиня
Глава 5. Деревня
Глава 6. Танго по-русски
Глава 7. Праздник урожая
Глава 8. Девочка-филигрань
Глава 9. Настоящий большевик
Глава 10. Октябрьский переворот
Глава 11. Наши в городе
Глава 12. Всемирный потоп
Глава 13. Регистрация офицеров
Глава 14. Революционный Петроград
Глава 15. Пираты
Глава 16. Заговорщики
Глава 17. Предательница
Глава 18. Великий мешочный путь
Глава 19. Оппозиционная газета
Глава 20. Изъятие излишков
Глава 21. Китайские бойцы
Глава 22. Мобилизация
Глава 23. Волжская военная флотилия
Глава 24. Взятие Казани
Глава 25. Свияжск
Глава 26. Люцифер
Глава 27. Смысл жизни
Глава 28. Пролетарские поэты
Глава 29. Нижегородская ярмарка
Глава 30. Преферанс
Глава 31. Умение жить
Глава 32. Советский журналист
Глава 33. Графские бриллианты
Глава 34. Матросский университет
Глава 35. Подготовка к побегу
Глава 36. Сейф
Глава 37. Красные агитаторы
Глава 38. Корниловцы
Глава 39. Белая армия
Глава 40. Британский лейтенант
Глава 41. Беспризорники
Глава 42. Военный переводчик
Глава 43. Еврейский вопрос
Глава 44. Объявление в газете
Глава 45. На чердаке
Глава 46. Великое отступление
Глава 47. Подставное лицо
Глава 48. Новороссийская катастрофа
Эпилог

Читать

ibooks

 

 

chitat_online

 

 

zaprosit_pdf Чтобы получить текст романа “Аргентинец” в формате PDF, отправьте запрос на адрес elvira@baryakina.com

Слушать

zaprosit_audioЧтобы получить аудиоверсию романа “Аргентинец” в формате mp3, отправьте запрос на адрес elvira@baryakina.com

Написать отзыв

livelib

 

 

goodreads

 

 

napisat_avtoru

 

 

Поделиться мнением о книге в Соцсетях

Facebook Google+ livejournal mailru Odnoklasniki Twitter VK

Помочь

Если вы хотите отблагодарить автора за книгу, вы можете заплатить ему, сколько посчитаете нужным. Все средства, высланные читателями, пойдут на переводы произведений Эльвиры Барякиной на иностранные языки.