sign_up_for_the_news_elle_vira

Статьи

Статьи > История

 

Гонка вооружений в 1928 году

Автор: М. Грэн

И с моря и с берега

 Торопливо и жадно вооружается Англия. Она поспешно строит военные суда по 10.000 тонн. Но ей этого мало — и в 1926 / 1927 г. построены линкоры “Нельсон” и “Родней”, длинной 202 метра, водоизмещением в 35.000 тонн (свыше 2 миллионов пудов) и мощностью механизма в 45.000 лошадиных сил. На испытаниях они показали скорость 40 км. в час — совсем неплохо для такой махины. Такой линкор вооружен девятью крупными орудиями по 408 мм. и сорока шестью более мелкими. Новый тип линкора резко отличается от прежних почти полным отсутствием выдающихся частей (одна надстройка, одна дымовая труба и одна мачта). Боевые посты управления помещены в бронированной башне. Отметим еще, что для такого суденышка потребовалось 30 км. электрических кабелей. Стоимость линкора около 70 миллионов рублей.

Главная сила новейших линкоров и крейсеров кроется в могучей артиллерии. 16-дюймовая пушка (такими вооружен, например, “Нельсон”) представляет десятисаженную стальную трубу, весит вместе с установкой около 10.500 пудов и стреляет снарядами в 66 1/2 пудов на расстояние 50 верст. Четырнадцатидюймовка швыряет снаряды в 39 пуд на целых 70 верст. Величайшее значение имеет скорострельность орудия. Современные пушки заряжаются механическим путем и ведут беспррывную стрельбу. 16-дюймовка свободно делает по выстрелу в минуту, — а пятидюймовка делает по 14 выстрелов в минуту на расстояние 23 км.

“Начинка” снарядов возрастает и количественно и в своей разрушительной силе. Если новый 8-дюймовый снаряд попадает в слабо защищенный борт корабля, он оставляет пробоины таких размеров, что в нее свободно может пройти трамвай.

Развитие морской артиллерии заставило забуматься над усилением береговых укреплений. Крупные сухопутные орудия стреляют теперь на расстояние 120 км. с такой же примерно скоростью и разрушительным действием, как и морские. Тяжелые 16-дюймовые пушки переезают с места на место на особых железнодорожных платформах с моторным двигателем. Более легкие — до 8 дюймов — просто перевозятся на автомобилях по шоссейным дорогам.

Для прикрытия судов, укреплений или сухопутных частей применяются “завесы” — дымовые (выпуск дымообразующей смеси из баллонов, стрельба дымовыми снарядами) и световые (наводка сильных прожекторов в сторону противника с 2-3 вспомогательных кораблей). Сейчас производятся опыты стрельбы по невидимой цели при посредстве самолетов, наблюдающих за движением противника и по радио-телеграфу передающих батарее результаты наблюдений.

Особенно следует подчеркнуть, что сверх-дальняя стрельба, развившаяся после Вашингтонской конференции, губительна не столько для флота или даже фронтовых частей, где возможность попадания сравнительно невиелика, – сколько для мирного населения городов и промышленных центров в 30-40-верстной береговой полосе. Попадая в густо заселенные районы, тяжелые снаряды причиняют огромные разрушения и уносят большие количества человеческих жертв.

Гиганты воздуха

Не отстает Англия и в области авиостроения. Не дальше, как в 1926 г. и 1927 г. здесь выпущены летающие лодки-гиганты с 2 и 3 моторами по 650 лош. сил каждый. ЛОдки эти могут брать по 70-120 пудов бомб и не нуждаются в ангарах, так как во время стоянок они просто становятся в порту на якорь.

Во время войны от самолета требуется как можно большая скорость движения. В этом отношении капиталистические страны усердно конкурируют между собой, чуть ли не каждый месяц ставя мировые рекорды. Так, чешский истребитель “Бристоль-Юпитер” развивает скорость 250-270 км. в час. Но и тут англичане идут впереди. На осенних состязаниях гоночных гидросамолетов победил английский летчик на самолете “Сюпермарин S 5”, показав среднюю скорость свыше 453 км. в час. Рассчитывают, что поставленная на колеса такая машина будет развивать скорость свыше 500 км.

Одновременно развивается дирижаблестроение. Обладая меньшей скоростью, дирижабль зато выгодно отличается от самолета огромной грузоподъемностью и длительностью полета, независимсо от погоды, которая так влияет на самолет.

Например, дирижабль жесткой системы “Цеппелин ZR-3” перелетел в 1927 г. без спуска через всю Европу и Атлантический океан со средней скоростью 100 км. в час. Еще больший “Цеппелин” строится на верфях гор. Фридрихсгафена в Германии. Предполагается, что он будет брать около 2000 пудов груза и летать 10-11 тыс. км. с одним спуском. Такая длительность полета достигается за счет замены бензина газом этиленом в качестве горючего.

В Англии строится гигантский дирижабль, который будет брать с собою, кроме пассажиров и груза, два самолета.

С необычной быстротой развивается авиация и во Франции. По быстроходности французские самолеты приближаются к английским и, в свою очередь, упорно приближаются к скорости 500 км. в час. Строятся колоссальной величины гибросамолеты “Пенэ” с пятью моторами по 420 лош. сил. Не удовлетворяясь этим, французские конструкторы проектируют самолет с 7 моторами по 800 лош. сил.

Стальная кавалерия

Наряду с такими успехами в деле авиастроения, ФРанция уделяет большое внимание своей сухопутной армии. 16 ноября 1927 года там состоялись обширные маневры, демонстрировавшие “механизацию” связи и оперативной деятельности во французских войсках. ВО всем районе маневров не было видно ни одной лошади. Все распоряжения отдавались с помощью радиотелефона, радиотелеграфа и радиопередатчика, установленных на автомобилях и мотоциклах. По первому зову радио вылетали мото-эстафеты и мчались за 10 км. с секретными пакетами по изрытому грунту со скоростью 50 км. в час. “Кавалерийская” разведка без труда “отмахивала” по 60 км. и больше в час по ухабам и рытвинам, причем мотоцикл, оставшийся в запасе и обслуживаемый одним человеком, свободно вел “на поводу” пятерых “мото-коней”, сцепленных между собой специальными крюками.

Блиндированные автомобили с пулеметами; саперы на мотоциклах с величайшей быстротой устанавливающие телефонную связь и еще быстрее убирающие проводку при отступлении;автомобили, которые набрасываются на вражескую батарею и почти мгновенно взрывают ее под охраной боевых самолетов; ружья-пулеметы на мотоциклах, осываютие неприятельский аэроплан пулями — такую картину будущей войны продемонстировали последние маневры французской армии.

Уничтожение всего живого

Война будущего с полным основанием рисуется как соревнование в первую очередь химической промышленности воюющих стран. Систематическое применении химии для уничтожения людей началось в империалистическую войну, когда немцы выпустили в 1915 году большую волну хлора. Целая дивизия французов вышла из строя, люди сотнями задыхались — бежать было некуда.

“Союзники” быстро мобилизовали свои химические заводы и в конце того же года ответили немцам фосгеном — газом, действующим в 8 раз сильнее хлора, и т.д.

Бешеная конкуренция в применении отравляющих веществ привела к тому, что в течение двух лет на фронте появилось до 40 различных газов, один другого сильнее. И, наконец, был пущен в действие иприт, или “горчичный газ” (точнее не газ, а жидкость, пары которой имеют легкий запах горчицы).

Все газы могут быть разделены на 2 главные группы: удушающих и слезоточивых. Первые разрушают дыхательные органы. и человек после долгих мучений погибает или остается инвалидом. Вторые вызывают кашель и сильные слезы, лишая войска боеспособности. В помощь им идут вещества чихательные (вызывающие сильный насмор, носовое кровотечение, рвоту и мучительные головные боли), ядовитые и “нарывные” (действующие на кожу и через кожу). К последним относится и “Горчичный газ”, одновременно удушающими и слезоточивыми действиями. Он до сих пор является одним из наиболее сильных газов. Запах его почти не дает себя знать, и только через 4-5 часов человек начинает задыхаться, хотя бы он и ушел из отравленного воздуха.

Иприт разъедает и все тело, напитывает все предметы, землю и воду, а затем испаряется оттуда в течение нескольких дней. Вода и пища, побывавшие в парах иприта, превращаются в опасный, обычно смертельный яд: одежда становится источником отравления. Капля иприта, нанесенная на кожу, вызывает тяжелую язву; нанесенная на глаза — причиняет смерть.

Таково ужасающее действие “короля газов”. Однако и на нем не останавливается военная химия. ТОтчас же после войны в Америке было открыто еще более сильное вещество — люисит. Другой газ, недавно открытый тоже в Америке, настолько ядовит, что для опытов с ним пришлось построить лабораторию с необычно сильной внетиляцией и без крыши. Газ этот должен причинять мгновенную смерть.

В Германии производились во время морских маневров опыты с применением газа, безвредного для дыхания, но почти мгновенно парализующего зрение на несколько часов. ИЗобретен газ, вызывающий разрыв сердца от безумного судорожного смеха. Другой газ вызывает умственное расстройство — и т.п.

Некоторые газы губят всю растительность (например, люисит), делая почву совершенно бесплодной на несколько лет.

КРоме газов, говорят также об изобретении в Америке и Англии “лучей смерти”, которые будто бы губят все живое на далеком расстоянии. Проверить эти сведения невозможно, так как работы военно-химических лабораторий, конечно, не публикуются в печати. Но и то, что уже достоверно известно, позволяет судить, каким чудовищным арсеналом смертоносных средств запасаются капиталисты в расчете на неизбежную для них войну друг с другом и с Советским Союзом.

Непрерывное укрепление обороны и боеспособности нашей страны, усиленное внимание к жизни и нуждам Красной армии, поддержка и участие в работе Осоавиахима — вот единственный путь, который при активном сочувствии трудящихся всего мира, должен привести нас к победе в предстоящей схватке с капиталистическими хищниками.

— “Смена”, № 3, 1928 г.